Русские торги Christie’s будут максимально «живыми»

Русские торги Christie’s будут максимально «живыми»

Коллекция русских торгов, которые аукционный дом проведет в своем лондонском зале 7 июня, кажется традиционной для Christie’s: много небольших, но изысканных графических работ, стринг эскизов Марии Якунчиковой, ставшей уже специалитетом дома, мощный раздел Фаберже. Но это только на первый взгляд: в каждом из разделов достаточно неожиданностей.

Русские торги Christie’s будут максимально «живыми»

Коллекция Фаберже из собрания Александры Анастасии Гамильтон, герцогини Аберкорнской. Фото: Christie’s

Например, коллекционерам предлагается «Портрет Павла I» кисти Дмитрия Левицкого, редчайшего на арт-рынке художника. Широкая публика впервые увидела полотно (обнаруженное в частном собрании в Вене) в 2010 году на выставке в Русском музее. Портрет продается с оценкой £700–900 тыс. «Портрет Александра I» кисти Джорджа Доу обращает на себя внимание личностью не модели, а владельца. Он был создан по заказу императорского двора в качестве подарка дону Хуану Мигелю Паэс де ла Кадена, испанскому посланнику в России, известному нам благодаря Пушкину как собеседник Татьяны Лариной («с послом испанским говорит»). Эстимейт портрета £150–250 тыс.

Полотно Роберта Фалька «Троице-Сергиева Лавра» 1921 года если не неожиданно, то просто очень красиво — насыщенной, сочной гаммой, которой многим поклонникам этого художника не хватает в его более поздних работах (эстимейт £700–900 тыс.). Так же позитивны полотна «На террасе» Константина Коровина (£400–600 тыс.) и «Невидимый град Китеж» Константина Горбатова (£350–550 тыс.).

Русские торги Christie’s будут максимально «живыми»

Гриша Брускин. «Памятники». Из коллекции фонда Мирей и Джеймса Леви. Фото: Christie’s

Совершенно необычным для Christie’s, который с опаской относится к современному искусству, оказался раздел работ нонконформистов. Все дело в том, что они попали на торги из солиднейшей коллекции искусства ХХ века Мирей и Джеймса Леви. Их концепция заключалась в том, чтобы «собрать пионеров стиля и времени». «Само собой разумеется, что мы должны найти работы эстетически приятными», — уточняли супруги. Так вместе с произведениями Ханса Арпа, Генри Мура и Энди Уорхола в коллекции пары оказались работы Гриши Брускина, Эрика Булатова и Дмитрия Пригова, теперь выставленные на русские торги.

Главный интерес в этой коллекции, по мнению экспертов аукционного дома, представляет редкая подборка картин Гриши Брускина, который, по сути, изобрел новый художественный и идеологический язык, своей абсурдностью бросающий вызов стремлению государства завербовать искусство на идеологический фронт. Примером является полотно «Памятники» (£60–80 тыс.) с лишенными индивидуальности фарфорово-белыми фигурками с атрибутами «культурной жизни» в руках. Интересно, что это одно из шести произведений Брускина, которые были проданы на легендарных московских торгах Sotheby’s в 1988 году и впервые вывели художника на международную арену (буквально через неделю после аукциона он уехал в США). Привлекают внимание также три карандашных листа Эрика Булатова, один из которых с, пожалуй, самым знаменитым в его творчестве лозунгом «Живу — вижу» (1988, £10–15 тыс.).

Русские торги Christie’s будут максимально «живыми»

Эрик Булатов. «Перестройка». 1988. Из коллекции фонда Мирей и Джеймса Леви. Фото: Christie’s

Главное имя раздела прикладного искусства у Christie’s — Александра Анастасия Гамильтон, герцогиня Аберкорнская, правнучка великого князя Михаила Михайловича и дальний потомок Пушкина. Небольшая, но утонченная коллекция произведений Фаберже досталась ей по наследству и бережно хранилась. От бабушки — графини де Торби, супруги великого князя Михаила Михайловича — сохранились, например, фигурка слоника из обсидиана с башенкой на спине (£70–90 тыс.) и брошь в виде лепестка цветка с капелькой-бриллиантом (£12–18 тыс.). А самый дорогой предмет — дворцовая ваза метровой высоты, украшенная копией «Серенады» нидерландского художника XVII века Якоба ван Охтервелта (картина была в собрании Эрмитажа, но продана большевиками в 1928 году). Ваза изготовлена на Императорском фарфоровом заводе в период царствования Николая I, она оценена в £200–300 тыс.

Автор записи